38

Анафема вне закона

 

Организаторами семинара выступил институт региональной прессы при поддержке фонда «Новая Евразия». В нем приняли участие журналисты различных СМИ Пскова и области. Также,  присутствовал бывший настоятель, а ныне просто священник храма Святых жен Мироносиц священник Павел Адельгейм.
Среди журналистов были и те, кто на своем опыте испытал недружелюбное отношение со стороны РПЦ. Бывший редактор «Городской газеты для жителей Пскова», а ныне Интернет-журнала «Городская среда» Алексей Семенов и журналист МК Александр Донецкий внесли свой вклад в то, что их издания были включены в черный список РПЦ.
Директор института региональной прессы Анна Шароградская пояснила, что проведение семинара в Пскове обусловлено последними событиями, связанными с заявлением Псковской Епархии о предании анафеме псковского журналиста Олега Дементьева, который также присутствовал на встрече.
Как научиться терпеть друг друга
Ведущий семинара руководитель отдела межрегиональных связей и ведущий эксперт Санкт-Петербургского гуманитарно-политологического центра «Стратегия» Евгений Бестужев, вводя участников встречи в тему, подчеркнул, что в советское время все религиозные общества были гонимы властью.
После перестройки люди поверили церкви, и пошли в церковь, которая обрела свободу. Однако, она очень быстро растеряла кредит доверия и превратилась из гонимой в гонителя. Кроме того, она обрела привилегированное положение по отношению к другим конфессиям, стала вести с ними борьбу, а это неминуемо ведет к тому, что она начинает разлагаться изнутри.
«Вопрос нетерпимости со стороны той или иной религиозной конфессии - проблема довольно сложная. Каждая религия претендует на знание абсолютной истины. Если религия скажет, что другие имеют такое же право, как и она, то она перестанет быть религией. В чем же тогда ее истинность…», - подчеркнул Евгений Бестужев. Он добавил, что вопрос, как сохранять свою веру, уважая другие верования, с ними взаимодействовать, искать не то, что нас разъединяет, а то, что объединяет, многие богословы пытались разрешить.
На самом деле этот вопрос не так сложен, как кажется. Безусловно, православная и католическая христианские церкви соперничают друг с другом. С уст священников постоянно слетают уколы, критика и просто пренебрежение к другой конфессии, несмотря на то, что суть у них одна. Исламисты занимают такую же позицию, хотя и ислам - религия родственная христианству.
В Коране имеются ссылки на Тору и Библию. Но есть и другие примеры. Православные староверы-инглинги, например, к другим верованиям и религиям относятся более чем спокойно и могут объяснить свою терпимость достаточно просто. Наши боги хороши для нас, а у других народов другие боги. И спорить, чьи боги лучше – все равно, что спорить, чьи родители лучше – глупо и бессмысленно. Не зря у древних славян на становищах для инородных гостей были оборудованы места для прославления богов. Иноземцы приходили туда, ставили статуи своих богов и молились им. 
Мертвые документы
Евгений Бестужев познакомил псковских журналистов с документом, который называется «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». Этот документ среди прочего описывает взаимоотношения РПЦ со средствами массовой информации, и принят  был в 2000 году.  По мнению эксперта, некоторые положения этого документа противоречат Конституции РФ. Читая его, эксперт пришел к выводу, что церковь вынужденно терпит существующую модель государства. При этом она позволяет себе критиковать государство, а государству себя критиковать права не дает. Впрочем, находит Бестужев в документе и положительный момент – церковь считает себя субъектом гражданского общества.
Хотя, на самом деле не важно, противоречит ли данный документ Конституции или другим законам РФ. В 15 главе Основ «Церковь и светские средства массовой информации» описывается видение церковью того, какими эти СМИ должны быть. При этом даже если церковь налагает какие-то ограничения на СМИ, это, что называется, ее личное дело, СМИ от этого меняться не обязаны. А воспитание нравственности как цель для СМИ, вполне адекватное положение. Уж всяко лучше, чем воспитание безнравственности.
Мыль о том, что данный документ не стоит даже обсуждать, подтвердил Павел Адельгейм, который сообщил, что это документ мертвый, поскольку им никто не руководствуется ни в жизни, ни в работе. При этом он высказал мысль, что если бы им руководствовались, то в чем-то ситуация изменилась в лучшую сторону, а в чем-то нет. Павел Адельгейм добавил, что у Русской православной церкви это не единственный мертвый документ. Так, например, существует еще «Положение о церковном суде Русской православной церкви», которое тоже не работает. За время своего служения священник несколько раз обращался в церковные суды и разу не разу не получил ответа. Впрочем, не получал он ответов не только из судов, но и из других инстанций РПЦ, куда обращался с различными вопросами много раз.
Полнота иерархической власти
Павел Адельгейм зачитал присутствующим подробный доклад о внутреннем устройстве церкви, о принципах на которых стоит церковь. Красной нитью через все его выступление проходила мысль о том, что церковь построена на любви к Богу и любви к ближнему, уважении его как личности. Священник с прискорбием доказывает в своем докладе, что в современной Русской православной церкви любви места не осталось. В ней на передний план вышло иерархическое подчинение.
В региональной Епархии, согласно Уставу РПЦ, главным действующим лицом является епархиальный архиерей, он пользуется всей полнотой иерархической власти в делах вероучения, священнодействия и пастырства. При этом в Уставе РПЦ, принятом в 2000 году, не указывается место, которое в церкви принадлежит Богу, РПЦ является многонациональной Поместной Автокефальной Церковью. Об Боге же в Уставе нет ни слова. Нет в Уставе определения мирянам и клирикам, нет у них и прав, есть только обязанности. В результате православные клирики и миряне оказываются гонимыми из православных храмов архиереями и священниками.
Так, по словам Павла Адельгейма, из года в год  митрополит Псковский и Великолукский Евсевий применяет крайние меры к десяткам кликиков и мирян. Его устные прещения действуют, но не фиксируются указами, и поэтому не могут быть обжалованы. Павел Адельгейм напомнил о редком случае, когда прещение было зафиксировано указом, о деле священника Владимира Андреева – бывшего преподавателя математики политехнического института. Владимир Андреев просил уволить его за штат Псковской Епархии, поскольку не мог примирить долг священника сохранять приходское служение и христианскую совесть, протестующую против запрещения Евсевием священнослужения отцу Зинону. Это прошение было сочтено порицанием в адрес правящего епископа, и Владимир Андреев был уволен за штат с запрещением священнослужения. С отца Зинона прещение было снято, а с Владимира Андреева не снято до сих пор.
Анафемы не может быть
В случае же с журналистом Олегом Дементьевым, объявленная ему анафема не может таковой считаться, это скорее запугивающий шаг. Поскольку в Русской православной церкви существуют определенные правила отлучения от церкви, которые не были исполнены. Акт отлучения не опубликован и  Олегу Дементьеву не вручен. Возможно, его и вовсе не существует. Поскольку, Устав РПЦ не позволяет Епархиальному Совету налагать санкции на клириков и мирян.
Такое право принадлежит Епархиальному суду и, в заданных границах, архиерею, который делегировать это право не может. Между тем пресс-служба Псковской Епархии распространила сообщение о том, что журналист предан анафеме, т.е. проклятию решением Епархиального Совета. При этом Епархиальный совет ссылается на «виновность» Олега Дементьева, доказанную в Псковском городском суде. В действительности же, судебный процесс был гражданским, и виновность Дементьева не устанавливал, поскольку никакого уголовного преследования в отношении него не велось в принципе.
«Решение вынесено с нарушением установленной процедуры и пределов компетенции, без канонического обоснования. Вынесено бессрочное отлучение с проклятием до смерти и посмертным преследованием, не отвечающее правилам церкви, веро- и нравоучению о Домостроительстве спасения. Назначение «высшей меры наказания» за нетяжкие грехи кажется личной местью», - считает Павел Адельгейм.
Статья Олега Дементьева «Осиное гнездо под золотыми куполами» до сих пор активно обсуждается. Еще раз обсудили ее и участники семинара. Большинство из них сходится во мнении, что с профессиональной точки зрения так бездоказательно писать нельзя, ссылаясь лишь на слова людей. Люди могут врать, люди могут ошибаться. Между тем существует как минимум два фактора, которые заставляют задуматься. Во-первых у журналиста Олега Дементьева не было никакого мотива опорочить настоятельницу монастыря. Во-вторых, люди зря говорить не будут.
Показательно, что на семинар не пришли представители официальной позиции Псковской Епархии. Не в первый раз они не пожелали вступить в диалог. А ведь чем больше церковь закрывается от общества, тем реже общество будет обращаться к церкви. Подобные же семинары без полного участия второй стороны теряют свой практический смысл и работают по принципу: «Без меня меня женили».
Так как же журналистам строить взаимоотношения с церковью в условиях, когда она считает себя в праве критиковать нас и требовать от нас чего-то, а мы оказываемся не вправе критиковать даже не церковь, а ее отдельных служителей, которые, как говорится, тоже люди. Наверное, здесь единственным мерилом, как для журналистов, так и для священников является совесть. Если, конечно, она есть.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах