42

Февраль. Рифмуем с фестивалем. 18-й «том» театрального собрания Пушкина

Мог бы, кстати, добавить, что перед всем светом - и это не было бы особенным преувеличением, потому что впервые в 18-летней истории Пушкинского фестиваля спектакль со сцены Научно-культурного центра заповедника «Михайловское» транслировали прямо в Интернет…

Петербургские сны

Спектакль «На берегу пустынных волн» - работа студентов Санкт-Петербургской Государственной академии театрального искусства - стал одним из самых ярких и одновременно самым «спорным» в программе XVIII Всероссийского Пушкинского театрального фестиваля в Пскове и в Пушкинских Горах. Возможно, это первый не только в истории фестиваля, но и в истории российского театра вообще не «чтецкий», а по-настоящему сценический «Медный всадник». Не зря Вениамина Фильштинского, из мастерской которого вышли и Хабенский, и Пореченков, и Хаапсало, и многие другие, считают лучшим российским театральным педагогом. Действие изобиловало находками - отдельного спектакля, к примеру, стоил царь Пётр: на сцену вдруг выкатывали страшного, совершенно шемякинского императора-истукана в кресле. В его каменные, вытянутые вперёд руки падали мёртвыми Параша, Евгений, сбитые массивной мчащейся мебелью.

С другой стороны, критиков «подкосил» срифмованный с пушкинским Петербургом Петроград блоковской поэмы «Двенадцать» - перечёркивающий всю пьесу, «мёртвый» финал. Плюс постоянное сползание в мюзикл, когда декоративной музыкальной вставкой кажется даже молитва, а строки про буржуя да паршивого пса на перекрёстке распеваются на мотив городского романса.

О спектакле можно было спорить. Но миру был представлен ещё один новый театр. Вениамин Михайлович даже имя его назвал: «Этюд-театр». Впрочем, некоторых из этих его пятикурсников, так здорово показавших себя на фестивальной сцене, уже «растащили». Кого в БДТ, кого в другие престижные труппы.

Друг Гораций…

Ещё одним событием нынешних пушкинских дней стал… Шекспир. «Пушкинская школа» выросла на глазах псковского фестивального зрителя из скромных этюдов, где будущие принцы и герцоги скакали лошадками, щебетали глупыми птицами. Сейчас зритель восхищался сложно выстроенными монологами Гамлета (лауреат петербургской театральной премии «Прорыв» Денис Волков), благородным рисунком роли у Горацио (Денис Французов). Впрочем, предельно выразительной была вся труппа, намеренно втиснутая режиссёром (лауреат Государственной премии РФ, народный артист России Владимир Рецептер) в узкую клетку - то ли Дании-тюрьмы, то ли нынешнего времени, когда вокруг малого пятачка жизни - непроглядная чернота…

Спектакль «Гамлет», кстати, поначалу не хотели включать в театральную афишу. Отцу-создателю Пушкинского фестиваля Владимиру Рецептеру и пушкинисту с мировым именем Сергею Фомичёву пришлось доказывать, что первый поэт России в своём «Из Пиндемонти» переводил не итальянского поэта, а пересказывал монолог несчастного принца датского.

Ещё были Моцарт и Сальери: на нынешнем фестивале можно было выбирать из трёх версий загадочного убийства - не убийства, и две из них были французские. Помимо трагедий шесть пушкинских дней вместили две сказки и две поэмы, письма поэта и стихи без счёта - причём не только пушкинские, но и Блока, Цветаевой, Есенина. Выступления звёздных артистов - Дорониной, Костолевского, Филиппова - чередовались со студенческими экзерсисами. Особой - шампанской - пушкинской лёгкостью был отмечен Пушкинский концерт студентов ГИТИСА - это Александр Титель привёз своих птенцов: их - показать миру, а им - открыть Святые горы и Михайловское, то самое заветное место на земле, откуда начался этот фестиваль, да, наверное, и вся русская поэзия.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах