29

Александр Гезалов - о вере, проектах и спонсорах

Последние несколько лет Гезалов живёт в Москве, но нашу республику не забывает, регулярно наведывается к нам с новыми проектами - и во время очередного визита рассказал «АиФ-Карелии» о том, почему он до сих пор не бросил свою активную общественную работу.

Хорошее утонуло в бочке

- Александр, многие люди, которые вас знают, поражаются тому, что вы уже десятки лет занимаетесь активной общественной работой - а так и не попробовали свой авторитет конвертировать в нечто материально-ценное. Какой-нибудь высокий пост, депутатская должность. В наше очень циничное время это так необычно.

- Что же тут необычного? Давайте я расскажу о своих первых детских впечатлениях, и вы сами всё поймёте. Теперь-то уже, пройдя жизнь почти до половины, я понимаю, что дети-сироты в детских домах живут в жутком стрессе, неестественной жизнью. Окружающие видят в них просто детей, а на самом деле перед ними дети, у которых такое сложное детство. Люди делают для них праздники, не осознавая, что внутри даже улыбающихся детей текут слезы. Я испытал первый детский шок, когда мы, малыши, шагая строем в столовую, что за забором, увидели, что, оказывается,  у каждого ребёнка могут быть индивидуальные папа и мама. Мне тогда было всего 4 года. Уже даже тогда, когда нас били и воспитатели, и старшие товарищи, мы этому уже не удивлялись, это стало обыденностью, мы привыкли к тому, что нас нещадно не любят. Дети, которых бьют,  взрослеют очень быстро, так как учатся выживать там, где, казалось бы, должна быть любовь и забота. Я и сейчас сплю очень плохо, потому что сплю ещё как бы в детстве... Побеги, воровство, избиения старшими, отвратительная учёба, потому что не понимали, зачем нам это надо, когда еду и так дадут. Так что всё хорошее, что могло быть в детстве, утонуло в бочке с плохим. Мне однозначно прочили тюрьму за мою энергичность и непоседливость. Несколько раз хотели отправить в подростковую колонию, но местный  милиционер лично знала меня как спортсмена, да и отношения были у нас человеческие. Лучше, чем в детдоме. Я даже пару раз сбегал к ней в отделение, чтобы отсидеться от ужаса, который творился у нас. А когда спустя несколько лет одна моя одноклассница встретила воспитательницу и рассказала, что я вроде ничего живу, она спросила: «А что, он не в тюрьме? Странно…»   Всё это я описал в своей книге «Солёное детство». Отказываться от этого не могу. Это правда. Детская к тому же. 

Живительный ручей

- Почему помощь детдомовцам стала основным занятием в жизни? Казалось бы, помоги двум-трём, десятку детей - да и хватит…

- Помощь одному, двум меня не интересует, меня интересует системность. Влияние на систему, которая работает с этими детьми, её изменение и улучшение. Ведь герои-добровольцы уходят, а система как жила по своим законам, так и живёт. Поэтому я не гонюсь за количеством, больше работаю на качество. Потому что если взять десять и двадцать сирот, то поможешь ты только им, а когда ты вопиешь о том, что необходимо менять систему, делать её лучше, то и жизнь многих сирот становится лучше. Одна только книга «Солёное детство» отправила в семьи сотни детей-сирот, потому что, прочитав её, люди поняли, где и как они могут быть полезны этим детям.  

- Вы - человек верующий. При этом на личном опыте убедились в том, сколько вокруг в мире зла и грязи. Это не приводит к сомнениям в вере?

- Если говорить простым языком, то если бы не вера, ничего бы у меня не вышло, потому что я был такой обозлённый на всех и вся за то, что моя жизнь началась с такого низкого старта… Но понимание, что это есть Божий крест и его надо терпеливо нести, помогло справиться со многими соблазнами и проблемами. А их было вагоны и тележки. Даже появление семьи  считаю чудом, которое даровал мне Бог, потому что так дремуч был я в понимании того, что воля Божия выше прибыли и накипи медных труб. Видимо, ангел всегда был рядом со мной. Хотя мои братья хлебнули ещё больше, чем я: один пропал без вести, другой отсидел в тюрьме 10 лет. Но и его, вышедшего из тюрьмы, мы смогли вытащить только через веру, всё другое не работает. Он поверил Богу, людям, сейчас у него всё хорошо. Проверено на себе. Вера - как тот ручей для раненого воина, после битвы отмачивающего раны в живительной воде. Пью его с благодарностью. Кстати, все возведённые в Карелии храмы и часовни строил именно потому, чтобы таких ручьев было больше. Уже осознанно.

Спонсорам нужна пена

- Как вы сейчас строите свою работу: взаимодействие со спонсорами, интересные проекты, работа с волонтёрами и так далее?

- Сейчас я очень много публикуюсь, транслирую свой опыт, полученный за долгие годы работы в общественном секторе, пишу для «Православие.Ру», «Милосердие.Ру», журналов «Дети дома», «Родные люди», газеты «Возглас». В Студии социального проектирования 2 ГА вместе с известным общественным деятелем Алексеем Газаряном  делаем первые комиксы для сиротских учреждений. Со спонсорами, если честно, то не очень: большинству, увы, нужны пузыри и пена от того, как ты то там, то тут кого-то прилюдно красочно одарил. Есть и то, о чём пока говорить не могу, всё в планах, у нас интересная молодая команда, мы дерзаем.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах