Когда Гунтис Ламбергс вместе с женой сообщил друзьям во Флориде, что собирается переезжать в Россию, те сперва решили, что речь идёт о соседнем городе или другом штате. Услышав «Псков», удивились ещё больше: в их представлении Россия была далёкой, холодной и почти неизвестной страной. Сам Гунтис теперь улыбается: медведей на псковских улицах он так и не встретил, зато встретил людей, город с тысячелетней историей и ощущение дома. Подробности — в материале «АиФ-Псков».
По компасу
Гунтис Ламбергс родился и вырос в США, а значительная часть его профессиональной биографии связана с миром больших денег. Он начинал на Уолл-стрит, работал в Merrill Lynch, Kidder Peabody и L. F. Rothschild — в среде, где каждое решение измеряется результатом, а цена ошибки может быть очень высокой.
Он пришёл в эту сферу молодым, почти в 21 год. Получение лицензии, первые клиенты, телефонный справочник вместо готовой базы контактов, длинные рабочие дни — всё приходилось строить с нуля. «Вот твой миллион долларов — иди и заработай его», — примерно так, вспоминает он, выглядел первый день начинающего брокера.
Главное, что он вынес из тех лет, — умение слушать. Прежде чем что-то предлагать клиенту, нужно понять, чего хочет именно он: сохранить капитал, получать стабильный доход, рискнуть ради роста или, наоборот, избежать неопределённости.
Для Гунтиса успех никогда не был прямой дорогой. Он говорит студентам, с которыми теперь встречается в Пскове: жизнь — это не карта с заранее нанесённым маршрутом, а компас. У человека могут меняться профессии, интересы, города и даже страны, но важно не терять направление и способность принимать решения.
Уолл-стрит без иллюзий
Работа на Уолл-стрит оказалась для него одновременно захватывающей и изматывающей. Рынок не интересуется ни настроением человека, ни его объяснениями, ни красивыми словами — есть только итог: получилось или нет.
В такой атмосфере Гунтис особенно ценил доверие. Он убеждён: люди выбирают не просто финансовый продукт, квартиру или услугу — они выбирают человека, которому готовы доверить свои деньги, планы и время.
«Ошибки будут у всех», — говорит Гунтис. Но важнее не искать оправдания, а признать ошибку, понять её причины и не повторять.
После почти 12 лет в финансовом мире он почувствовал, что выгорел. Внешне всё могло выглядеть благополучно: опыт, связи, карьера. Но внутренне пришло понимание, что пора искать новое дело.
Так в его жизни появилась недвижимость. Переход не был лёгким: нужно было снова учиться, сдавать сложный экзамен, получать лицензию, искать клиентов и работать без гарантированной зарплаты. Доход зависел от сделок, а сделка — от репутации, терпения и умения понимать людей.
Дистанция длиною в жизнь
Помимо работы, в жизни Гунтиса всегда был спорт. Он занимался бегом, играл в хоккей, баскетбол, теннис, участвовал в марафонах и триатлонах. Марафон он считает точной метафорой карьеры и вообще человеческой жизни.
Самый сложный момент в марафоне — «стена», когда тело уговаривает остановиться, а до финиша ещё далеко. В жизни, уверен Гунтис, такие стены тоже бывают: проваленный проект, потеря работы, отказ, неудачная сделка. Но иногда достаточно не думать о всей дистанции, а сделать следующие 50 метров.
Сегодня он уже не планирует возвращаться к марафонским дистанциям: годы дают о себе знать. Но привычка много ходить осталась. Вместе с женой они стараются проходить не меньше 10 тысяч шагов в день, а теперь в прогулках им помогает ещё и маленький чихуахуа Рокки.
Решение за две секунды
Переезд в Россию не стал для Гунтиса импульсивным экспериментом. Его жена родом из Пскова, и за годы семейной жизни он не раз бывал здесь, приезжал к её родным, знакомился с городом и постепенно привыкал к России.
Когда он решил завершить карьеру в недвижимости, жена сказала, что хотела бы переехать в Псков. «Давай», — ответил он почти сразу. По его словам, на размышления ушло около двух секунд.
Вслед за этим коротким ответом последовали месяцы большой подготовки. Нужно было продать имущество, оформить документы, найти юриста, разобраться с визами и будущим разрешением на проживание. А ещё — подготовить к дальнему перелёту кошку: чип, прививки, ветеринарные справки, точные сроки, маршрут через Майами, Хельсинки, Ригу и Псков.
Они не ехали «посмотреть». Они переезжали всерьёз и надолго: продали многое из того, что составляло их прежнюю американскую жизнь, собрали вещи, документы и решимость начать новую главу.
Первые псковские дни
В Псков супруги приехали 25 марта этого года. После тёплой Флориды Гунтис однажды посмотрел в окно и увидел снег. Контраст с пальмами и солнцем был почти кинематографическим.
Но к смене сезонов он отнёсся с интересом: купил зимние ботинки, тёплую одежду и признаётся, что ему даже нравится ждать первого настоящего снегопада.
Самыми непростыми в начале оказались не бытовые мелочи, а оформление документов и медицинские обследования. Однако, по его словам, рядом оказались люди, которые помогали, объясняли и буквально водили его по нужным инстанциям.
Русский язык остаётся для него задачей на каждый день. Признаётся: в разговоре уже улавливает многое, но самому пока трудно быстро строить фразы. Тем не менее попытки говорить по-русски помогают в обычных ситуациях — в магазине, на прогулке, в общении с людьми. И, как замечает Гунтис, псковичи обычно доброжелательно относятся к иностранцу, который старается понять язык и уважает местные правила.
Псков не кажется ему маленьким или скучным. Напротив, здесь он видит движение, характер, множество поводов выйти из дома и узнать что-то новое. Парки, набережные, храмы, музеи, крепости, прогулки у рек — для него это не декорация, а возможность почувствовать, как устроен город.
Особенно его впечатляет глубина псковской истории. Он любит представить, что происходило у древних стен, как выглядел город во времена войн, какими были люди, защищавшие эти рубежи.
Ему близки памятники, мемориалы, Вечный огонь, внимание к военной памяти. Он с уважением говорит о стойкости русских людей и о том, что здесь историю не прячут в учебнике, а сохраняют в городском пространстве, в названиях, монументах, семейных рассказах.
Вкус новой жизни
У Гунтиса много простых, почти бытовых впечатлений от Пскова. Ему нравится ходить в магазины, пробовать продукты, замечать разницу во вкусе еды, бывать в кафе и ресторанах. Он считает, что местная еда отличается свежестью, а поход в хороший ресторан здесь обходится заметно доступнее, чем аналогичный ужин в США.
Есть и то, по чему он иногда скучает: флоридское тепло, океан, пляжи, друзья, с которыми остались десятилетия общей жизни. Но эта ностальгия не похожа на желание всё бросить и вернуться. Скорее это добрая память о важном периоде.
Многие американские друзья, увидев фотографии Пскова, уже подумывают приехать в гости. Гунтис и его жена готовы быть для них проводниками — встретить, показать храмы, парки, старинные улицы и объяснить, почему этот город оказался для них не просто точкой на карте.
Гунтис Ламбергс не идеализирует переезд: есть бюрократия, язык, непривычный климат, необходимость заново осваивать быт и выстраивать круг общения. Но он воспринимает всё это как часть нового опыта, а не как препятствие.
Он говорит, что Россия и Псков стали для него не экзотикой, а домом.
Впереди у супругов — путешествия по России: они хотят увидеть Сочи, Байкал, больше узнать о русских регионах. Гунтиса притягивает даже идея однажды проехать по железной дороге до Владивостока — пусть жена и напоминает, что путь может занять много дней.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
