37

Максимальная ставка. Журналист и писатель Андрей Константинов - о стране и свободе

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 17. "АиФ - Карелия" 25/04/2012
Фото: АИФ

 Вместе с коллегами из «АЖУР»а (Агентства журналистских расследований) был проведён семинар для местных журналистов по расследовательской тематике, а кроме того, Константинов изложил свои взгляды на многие процессы, которые происходят и в стране, и в журналистике.

Предлагаем вашему вниманию выдержки из его выступления.

О журналистах

- Журналистам в регионах приходится работать в совсем иных условиях, нежели их коллегам в столице. Особенно это касается журналистских расследований. Так, в очень неприятную ситуацию попали ребята с кубанского телевидения. Они решили создать у себя нормальный, полноценный отдел журналистских расследований. Формат выбрали по типу программ «Максимум», «Честный детектив» и так далее. В этих программах очень активно используются скрытые аудио- и видеозаписи. Кубанцы также решили пойти проторенным федеральным путём, начать записывать своих собеседников - и неожиданно для себя начали получать судебные иски. Как же так? Но оказывается, что по нашем законодательству сделать скрытую запись, а потом использовать её в статье или ином материале практически невозможно. Запрещается. И когда такие вещи проделывают федеральные телеканалы, то им это сходит с рук: люди просто не решаются тягаться с такими монстрами. А вот если это пробует сделать региональное телевидение, то оно тут же получает судебные иски. И это чревато, поскольку, теоретически, таким иском можно нанести изданию огромный ущерб. К тому же мы знаем, как изменилась за эти десятилетия судебная система в стране. Если ранее мы готовили материал, наш юрист смотрела и говорила: «В суде мы железно, по закону отбиваем все претензии», - то теперь она уточняет: «По закону мы правы, но будет, как суд решит». Конечно, это не значит, что мы должны избегать расследований, но следует понимать и тот риск, с которым сопряжён этот жанр. Не только личностный, но и, так сказать, финансовый.

О Ксении Собчак

- Вообще, журналистские расследования можно проводить в самых разных сферах нашей жизни: политические, экономические, социальные, исторические. Есть классики жанра, есть наработки, которые существуют в российской традиции ещё с дореволюционной поры. Например, классический пример - Короленко. Так что когда американцы говорят, что это они придумали жанр журналистского расследования, то мы можем скептически улыбаться. Одним из блестящих примеров такого рода в последнее время можно считать то расследование нарушений на выборах, которое провела Ксения Собчак. Я, вообще-то, не очень хорошо отношусь к данному человеку, но то, что она сделала - оперативно, доказательно - это был высший пилотаж. Можно только поаплодировать. Другое дело, что за Собчак тянется определённый шлейф, который нивелирует многое из полезного, что она делает. Прежде всего тот же «Дом-2». Это ведь, по сути, массированная пропаганда порока, игра в крысиного короля. Я не особенный моралист, мы росли в страшной тоталитарной стране, но почему-то эти страшные тоталитаристы и в школах, и со страниц детской литературы, и с экранов телевизоров учили нас тому, что - «сам погибай, а товарища выручай». А в современном «Доме» учат жить по криминальному принципу «сдохни ты сегодня, а я - завтра». И вот роль организатора и почти идеолога этого действа отражается на Собчак. Вообще, безгрешных людей нет. Хороший человек отличается от плохого тем, что в хорошем - 51% добра и только 49% зла, а в плохом - наоборот, но при этом надо понимать, что профессия накладывает отпечаток. Хороший врач не может быть аморальным человеком. Не бывает такого, чтобы девушка училась в педагогическим институте, по вечерам занималась проституцией, а потом пошла к детям, стала нести доброе, разумное, вечное и стала замечательным учителем. Так не получается. Каинова печать на лбу уже горит.

О конных водолазах

- Знаете, я с большим скепсисом отношусь к проведённой ныне реформе МВД. Эти бесконечные переименования совсем никак не отражаются на эффективности работы правоохранителей. Их назвали полицейскими, а могли бы назвать космическими рейнджерами или конными водолазами. Стали бы они от этого эффективнее работать? И вместе с тем я не сторонник радикального подхода по принципу «разрушить всё до основания в надежде на то, что что-то потом вырастет». Нам не надо отменять государство, прокуратуру, суд, нам надо кропотливо работать и доводить это всё до цивилизованного состояния. Причём работу должен вести каждый человек, сам, всегда, на своём рабочем месте. Должен заботиться о своей совести и помнить, что свинство других никогда не является оправданием для собственного свинства.

О «невозможно»

- Я вообще придерживаюсь мнения, что каждый человек может добиться всего, чего он захочет. Надо только сильно захотеть и быть готовым сделать максимальную ставку. Можно проиграть, конечно, а можно выиграть и стать легендой. Это относится ко всем нам - и к журналистам тоже. Я постоянно привожу примеры тех расследований, которые проводили российские журналисты во времена царской империи. Тогда не было никаких законов о печати, на каторгу могли отправить без всякого приговора суда, страна была жёстко абсолютистской, про права и свободы слыхом не слыхивали, и, тем более, не было никаких технических новшеств типа Интернета, свободы передвижения или компьютерных баз данных и сайтов госзакупок - однако люди умудрялись проводить расследования, находить виновных, оправдывать невиновных. А если могли они, то можем и мы. Надо только, повторюсь, быть готовым сделать самую высокую ставку и помнить, что под лежачий камень вода не потечет. Нет слова «невозможно», а есть 366 оправданий для собственной лени и трусости.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах