aif.ru counter
2163

«У нас с друзьями традиция…» Как псковский чеченец дедовщину поборол

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 17. АиФ-Псков 26/04/2016
Алексей Гиреев / АиФ

В гостях у «АиФ» первый и пока единственный чеченский выпускник исторического факультета Псковского пединститута (теперь ПсковГУ), руководитель Псковской областной общественной организации «Центр чеченской культуры «Барт» Саид ДУКАЕВ.

Мы спросили у него, почему его жена не носит хиджаб и когда в Пскове появится мечеть.

Саид Дукаев.
Саид Дукаев. Фото: АиФ/ Алексей Гиреев

Ольга МИРОНОВИЧ, «Аргументы и Факты – Псков»: - Саид Ахмадович, Вас не так-то легко отличить от коренного псковича. Русские люди всегда сразу догадываются, что вы человек другой национальности? Вы чистокровный чеченец?

- За кого только меня ни принимали. И за молдаванина, и даже за скандинава. Но это те, кто редко выезжает за пределы Псковской области. У кого глаз намётан – те сразу же догадываются, что я с Кавказа.

- А что значит «Барт»?

- «Единство».

- Почему армянская псковская общественная организация называется «правозащитной», а чеченская – «центром культуры»?

- Потому что в отличие от армян чеченцы никогда не были для русских иностранцами. Нам в Пскове не от кого защищаться – мы создали почти 21 год назад свой Центр для того, чтобы помогать оторванным от своей малой родины соотечественникам беречь наши национальные традиции.

- Так уж ченченцам в Пскове и не от кого защищаться. Я знаю, что некоторые псковские студенты с тревогой восприняли договор о сотрудничестве Псковского университета с Чеченским. Чеченских студентов тут ждут далеко не с распростёртыми объятиями: грозятся даже припомнить им 6 роту…

- Когда я заканчивал в 1989 году Псковский пединститут, далеко не все мои однокурсники знали откуда я приехал. Им даже выговорить «Чечено-Ингушская АССР» с непривычки было трудно. Если у кого-то из псковичей тогда и было предубеждение относительно людей моей национальностей, то я этого совершенно не чувствовал.

Фото: АиФ

Наоборот. Когда нас посвящали в студенты, и команда нашего факультета стала переживать, что мы проиграем в творческом конкурсе, меня попросили станцевать лезгинку. И только благодаря этому мы тогда победили.

Хотя я не такой уж хороший танцор (по правде сказать, если бы мои земляки увидели, что я тогда изображал – они бы меня, наверное, освистали, но псковичам понравилось).

А когда я получал диплом, одна из моих преподавательниц сказала: «Спасибо вам, что вы у нас учились и дали нам возможность через себя познакомиться с вашим народом!»

Отношение русских к чеченцам резко изменилось после 1993 года. Того, что псковские чеченцы пережили с того времени и до начала нулевых, уже, надеюсь, не будет.

- А как вы это пережили?

- Вы хотите, чтобы я начал жаловаться? Просто скажу, что врагу не пожелаю оказаться на нашем месте. Кому-то понадобилось стравить два очень воинственных народа. Поверьте, чеченцы в этом виноваты не больше русских.

А что касается 6-й роты… Большинство людей знает о ней только то, что им рассказали СМИ. Почти вся информация уже пятнадцать лет как засекречена. О том, что там на самом деле произошло, мы узнаем не раньше, чем через 60 лет.

А может, и никогда не узнаем, если президент не изменит своего недавнего решения, когда он своим указом перевёл всё архивное управление в своё личное подчинение.

Понятно, что это продиктовано последними событиями, когда появилось много желающих пересмотреть историю страны.

Понятно и то, что история Великой Отечественной была не совсем такой, как нам это много лет преподносили. Но роль нашей страны в победе над фашизмом нельзя преуменьшить. Поэтому ни к чему рассекречивать некоторую информацию, к восприятию которой население может оказаться  не готовым.

Когда я студентом ездил на практику, мне показывали в деревне людей, которые в войну сотрудничали с фашистами, но остались нетронутыми. Их односельчане говорили: «Ну да, этот человек был полицаем, но сейчас он ведёт себя хорошо, никому зла не делает, и бог с ним».

Вот так и сейчас не стоит раздувать отдельные наши исторические ошибки. Тем более, когда мы только-только начали заново налаживать межнациональный диалог, стали опять заключать договоры о сотрудничестве.

Мы же очень мало друг о друге знаем – отсюда все наши беды. Никто так не пострадал от первой и второй чеченской войн, как сами чеченцы. Только по официальным данным, в них погибли 300 тысяч жителей Чечни. Представьте, это как если бы были стёрты с лица земли Псков и Великие Луки вместе взятые. Если бы чеченцы были в этом виноваты, как бы вы к нам сейчас относились?

Я это говорю не для того, чтобы как-то смягчить ситуацию. Чеченский народ изначально был в составе Российской империи. Поэтому когда Рамзан Ахматович Кадыров говорит «мы патриоты», это означает только одно – что мы патриоты России. Понимаете, я не какой-нибудь там приезжий, который старается казаться в доску своим. Я свой и есть.

- А как вы оказались в Пскове?

- Я живу здесь уже 33 года…

- Надо же, как князь Довмонт!

- В советское время чеченцев на Северо-Западе знали только как шабашников. Для моих земляков поехать на заработки в другой регион было в порядке вещей. В ту пору активно перемещались по стране представители всего нескольких народностей: чеченцы, ингуши, дагестанцы всех национальностей, армяне, западные украинцы и чуть меньше молдаване.

Мы были лёгки на подъём, потому что происходили из густонаселённых территорий, где найти работу уже тогда было нелегко. Ведь Чечено-Ингушская республика по территории была почти в два раза меньше Псковской области, а по населению – в два раза больше. И это при том, что там всего 40% территории – равнинные, а остальное – горы и предгорья. Вот я и поехал в Псковскую область заниматься строительством…

- Что построили?

- Магазин и дом культуры в Дедовичском районе, которые целы до сих пор.

- А остались тут навсегда, потому что понравилось?

- Случайность. После службы в армии мне дали направление для поступления в вузы Харькова и Киева, но я так долго раскачивался, что опоздал подать туда заявление. Мне же хотелось сначала отдохнуть, наесться, выспаться… главное, выспаться! А когда выспался, остались места только на физико-математическом факультете, куда я, честно говоря, поступать не решился. Поэтому и отправился в Псковскую область на заработки.

А тут познакомился со студенткой пединститута, которая приехала в Дедовичский район на каникулы и показала мне открытки с видами Пскова.

Я поразился. Вроде, в стране атеизм, религия под запретом, а в этом городе столько храмов и возле каждого так красиво… Появилось, конечно же, желание увидеть город своими глазами.

Правда, настоящий Псков немного разочаровал, потому что оказался не таким красивым, как на открытках. Но всё равно очень красивым, несмотря на этот осадочек.

Знаете, я с тех пор много где бывал, и хочу сказать, что летом Псков становится каким-то особенно душевным, тёплым. Даже несмотря на постоянный холод. Сначала мне с непривычки было никак не привыкнуть к здешним ветрам. Я не мог понять, почему в Пскове даже летом постоянно зябко. А сейчас уже не замечаю.

Так вот приехали мы тогда с приятелем в Псков, гуляем, как вдруг видим объявление о наборе на подготовительное отделение исторического факультета, куда я так стремился. Это был тот самый момент, когда я понял, что надо что-то решать.

С тех пор, когда уезжаю в Чечню, к себе на родину (я родился в 33 километрах от Грозного в деревне Чишки), то каждый раз думаю, что мне не захочется возвращаться назад. И всегда очень быстро начинаю скучать.

Причём с каждым годом всё быстрее и быстрее: в последний раз уже через три недели захотел обратно в Псков.

Потом едешь в поезде из Москвы и всё смотришь в окно. Как только начинаются наши родные покосившиеся домики, эти бани бревенчатые – сразу же становится как-то приятно на душе.

- Бани?

- Я, между прочим, люблю попариться, хотя 90%, если не больше, кавказцев меня не поймут. У моего друга по пединституту была баня, поэтому я ещё в то время, вопреки приметам, перед каждым экзаменом или зачётом, даже когда русские люди не решались, ходил в парную.

- Помогало?

- Ну если судить по тому, что за шесть лет учёбы мне не пришлось пересдавать ни одного экзамена или зачёта, наверное, да.

Хотя на первых порах я только и мог, что зайти в парилку на несколько секунд и постоять поближе к двери. Знаете, Гельдтову баню в Пскове? Там в парной ступеньки. Я только к пятому курсу смог подняться на самую высокую.

- А в прорубь зимой после парилки можете занырнуть?

- Само собой!

- Может, вы и на Крещенье купаетесь?

- Нет, на Крещенье – это святое, ради забавы нельзя.

- Вы верующий?

- Да.

Саид Дукаев.
Саид Дукаев. Фото: АиФ/ Алексей Гиреев

- Кинжал под пиджаком носите, только честно?

- Это всё байки, что у каждого чеченца с собой всегда имеется кинжал. У меня, конечно, есть подаренный, но он хранится дома, в специальном металлическом сейфе для оружия и никакого практического применения не имеет. Это просто национальный атрибут.

- А чего мы ещё про чеценцев насочиняли себе или не понимаем?

- Знаете, как про цыган иногда говорят: они, мол, детей крадут, работать не любят. А спросишь: «Ты хоть одного цыгана лично знаешь?» - «Нет, но мне рассказывали…» Так и с чеченцами.

Конечно, мы отличаемся от русских. Мы обычно говорим либо очень тихо, либо очень жёстко. Если у чеченца в голосе появились металлические нотки – знайте, что дело идёт к конфликту. Мы не будем, как русские, кричать или размахивать руками. Мы другие. Но мы стараемся не соваться со своим уставом в чужой монастырь, как учит русская поговорка.

Например, когда я приехал в Россию, то поначалу никак не мог привыкнуть ходить купаться на общий пляж, раздеваться там при посторонних людях. Я всегда старался уйти куда-нибудь подальше. И, на взгляд псковичей, наверное, вёл себя дико. Мне понадобилось много лет, чтобы привыкнуть вести себя как все.

- А к чему ещё было трудно привыкнуть?

- Я так и не привык к тому, что русские люди так много ругаются матом. Даже когда сидят за одним столом с женщинами. Иной чуть выпил и тут же начинает материться. Я не понимаю, почему девушки это терпят. Это же неуважение к ним в первую очередь.

Если я оказываюсь единственным чеченцем за таким столом, то я просто ухожу: извините, это не моё.

Саид Дукаев на встрече с учащимися Школы межэтнической журналистики.
Саид Дукаев на встрече с учащимися Школы межэтнической журналистики. Фото: АиФ/ Ольга Миронович

Ещё я никак не могу смириться со спиртным. Да, я тоже выпивал одно время. Мы же, чеченцы, тоже иногда любим покуражиться один перед другим. Но потом понял: даже если ты позволяешь себе всего одну кружку пива раз в неделю, ты всё равно такой же пьющий, как и все.

А я вхожу в общественный совет при УМВД по Псковской области и не понаслышке знаю, какая у нас катастрофическая статистика жертв на дорогах из-за пьяных водителей. Поэтому хочу заметить. Сколько бы в Псковскую область ни приехало чеченцев или мигрантов из других южных регионов, они эту статистику не ухудшат.

С нашей стороны псковичам опасаться нечего.

- Да ладно. Вас даже правоохранительные органы боятся. Вон следователь Псковского гарнизона недавно заявил, что дедовщины там стало меньше за счёт уменьшения количества кавказцев. Ещё один сотрудник УМВД мне недавно объяснял, как тяжело ему было в курсантах вместе с кавказцами, которым религия не позволяет туалеты на дежурстве мыть…

В армии.
В армии. Фото: АиФ

- Что касается дедовщины. Я сам служил на Байконуре вместе с русскими, ингушами, казаками, таджиками и так далее. И целый год был старшиной – это вам о чём-то говорит? Причём старшиной роты меня назначили именно для того, чтобы искоренить дедовщину!

Да, все маленькие народы всегда стараются держаться друг за дружку, а у русских этого нет, потому что вас слишком много. Но не надо валить вину за дедовщину в армии на кавказцев. Если в армии порядок, там не будет никакой дедовщины.

Что касается религии, которая якобы не позволяет. В начале нулевых я много занимался с курсантами псковского филиала Рязанской академии ФСИН. И вот мне как-то рассказали, что среди них есть чеченцы, которые тоже пытаются отлынивать от работы под предлогом, что им религия не позволяет. Говорю: приводите их и спросите об этом при мне.

Их привели, построили, спрашивают. А они в ответ только сопли жуют: «Я такого не говорил».

Саид Дукаев на встрече с учащимися Школы межэтнической журналистики.
Саид Дукаев на встрече с учащимися Школы межэтнической журналистики. Фото: АиФ/ Ольга Миронович

Я, конечно, не могу похвастаться, что читаю Коран на арабском языке, но на русском читаю. Для чего – а для того, чтобы некоторые, казалось бы, набожные люди не пытались прикрываться им для неблаговидных поступков.

- Так почему же в мире так много зла творится от имени мусульман?

- А вспомните, сколько человеческих жизней унесла инквизиция и какой трагедией обернулся раскол христианской церкви! К сожалению, ислам не избежал тех же бед.

Если смотреть в корень, то мы упустили ситуацию в конце 80-х, когда государство перестало жёстко контролировать мусульманских священников, проверять их на благонадёжность. Хорошо, когда религиозные идеи несут в народ действительно добропорядочные люди, но, как говорил Бисмарк, революции придумывают гении, реализуют фанатики, а используют в своих интересах авантюристы.

Если б людивнимательно читали Коран и Библию, то они бы убедились, что в нравственном учении эти книги на 80% совпадают. Проблема в тех, которые искажают религиозное учение.

- Что ж вы недосмотрели! А теперь мы боимся женщин в хиджабах и угрюмых южных бородачей, особенно, в многолюдных местах или в самолётах…

- А почему, интересно, чеченцы не боялись плотно завязанных под подбородком женских платков и длинных бород у русских людей прошлого? Так что вы мне голову-то не морочьте!

О чём начинали говорить – к тому же опять и пришли. Все проблемы от нашего невежества.

Во-первых, хиджаб – это не чеченская национальная одежда. Это некоторые по незнанию считают, что надо обязательно носить хиджаб или даже никаб, чтоб выглядеть ещё больше мусульманином, чем все окружающие.

Можно подумать, у мусульман должно быть обязательно закрыто лицо. Это полная чушь. В Коране написано, не ручаюсь за дословную цитату: «Ешьте и пейте всласть, носите нарядные одежды, но знайте меру».

Конечно, у каждого своё чувство меры, кто-то даже может подумать, что Коран разрешает «пить всласть», но на это есть другая сура, категорически запрещающая алкоголь. А что касается одежды, то хиджаб к нам пришёл из арабских стран, где люди много веков вели кочевой образ жизни и вынуждены были закрывать лицо от песка, ветра и жары.

А некоторые наши грамотеи почему-то решили, что это от религиозности. Между прочим, в арабских странах живёт много христиан, которые одеваются точно так же. Можете проверить.

- Ну хорошо, а как насчёт многожёнства?

С супругой Светланой и сыном Артуром.
С супругой Светланой и сыном Артуром. Фото: АиФ

- Коран разрешает мусульманину иметь две, три и даже четыре жены, но при одном условии: если муж будет обращаться с ними со всеми по справедливости.

- Лично вы могли бы завести вторую жену и обращаться с обеими по справедливости?

- Материально мог бы, но морально, думаю, что нет.

- У вас же русская жена? Как к вашему межэтническому браку отнеслись родственники с той и с другой стороны?

- Моя родня ничего не имела против, а со стороны родственников жены я никакой неприязни никогда не чувствовал. Я же никогда не приходил к ним в гости пьяный, ни разу им не хамил. Тёща в жизни не видела меня ни в трусах, ни в шортах, я никогда не позволяю по отношению к ней никаких шуточек, какие обычно в ходу у русских зятьёв. Я даже могу похвастаться, что с годами потихонечку отучаю родственников жены от спиртного.

- А разногласий в воспитании детей у вас никогда не возникало?

- Это, конечно, самая чувствительная область взаимоотношений в межнациональных браках. Как вы догадываетесь, демократия в нашей семье носит очень ограниченный характер. А глава семьи – мужчина.

Вообще-то в русских семьях раньше тоже было так, но за последние 40-50 лет произошла какая-то трансформация. Русскому мужчине стало то ли выгодно, то ли удобно переложить всю ответственность за жену.

Знаете, как это бывает – «Я не в курсе, спросите у жены». Кавказцы себе такого не позволяют.

- Жена довольна?

- По крайней мере, ей никто не делает замечаний, что её дети где-то там на людях плохо себя вели.

- Недавно всю страну потрясла чеченская свадьба между полицейским ваших примерно лет и 17-летней школьницей. Тем более, что у жениха, по всем признакам, уже была одна законная жена, а родственников девушки на свадьбе никто не видел...

- Вы зря удивляетесь, по кавказским обычаям родственники невесты и не должны принимать участие в свадьбе.

А почему вас не смутило, когда Олег Табаков женился на молоденькой? А сколько в Псковской области несовершеннолетних рожают и потом бросают своих детей?

Сказать по правде, я тоже не в восторге от этой свадьбы, учитывая статус жениха, который наверняка сыграл свою роль. Но дети этой девушки, по крайней мере, не окажутся в детском доме. А сама она будет обеспечена.

Дочь Алина.
Дочь Алина. Фото: АиФ

- Сколько лет вашей дочери?

- 14. Я себя на месте этого жениха не представляю. Я думаю, что брак – это союз двух людей, у которых есть что-то общее: интересы, опыт, образование. Но мне всё равно не нравится, что у нас в стране так обострённо воспринимают всё, что касается Кавказа.

- Вы предприниматель?

- Я вынужденный предприниматель. Потому что по натуре я никакой не бизнесмен, а государственник и я по-другому планировал свою жизнь. Но с 1992 года отношение к людям других национальностей в Псковской области резко изменилось. И куда бы я ни пробовал устраиваться на работу (в милицию, в налоговую), меня везде игнорировали.

- Почему вы думаете, что по национальному признаку?

- А они этого и не скрывали. Среди моих земляков есть и юристы, и врачи, и фермеры. Но больше всего, наверное, предпринимателей. Поверьте, не от того, что они так захотели, а потому что у них выбора не было.

- А почему у нас в Пскове нет мечети?

- А вы хотите, чтобы была?

- Хочу. Ведь Псков изначально был многоконфессиональным, мультикультурным городом, как и все подобные ему города, оказавшиеся на перекрёстке торговых путей. У нас до революции даже имелась община англиканской церкви… Лично я заинтересована в религиозных земляках любых вероисповеданий.

- К сожалению, не все псковичи так думают. Я с 99 года занимаюсь проблемой мечети и могу на эту тему много малоприятного наговорить. Скажу только, что такова воля псковской власти. А в основе лежат те самые высказывания про кавказцев, будто бы мы очень конфликтные.

- Где же вы молитесь?

- Дома. В Неёлово у мусульман есть большое помещение, куда и меня приглашают по большим религиозным праздникам. Знаю также, что дагестанцы открыли молельный дом. Псковские люди в погонах почему-то думают, что запреты помогут им избежать всех проблем.

- А сколько в Псковской области мусульман?

- Около 10 тысяч разных национальностей, полагаю, наберётся. Это больше 3%. Наверное, мечеть нам бы не помешала.

Но ещё сложнее, чем построить мечеть, найти хорошего имама, который бы стоял за традиционные исламские ценности. Чтобы понять, правильные он вещи проповедует или нет, нам надо самим стать намного более образованными.

- Правильные – это как?

- Я всегда цитирую в таких случаях суру Корана, где говорится: обращайтесь с другими народами так, как велят их культура и обычаи, иначе вы оскорбляете Всевышнего.

То есть, когда приезжие люди других национальностей общаются с русскими псковичами, они должны нести своё «я», но до той черты, за которой начинается культура коренного народа. Иначе это будет не по-мусульмански! 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах