Марина Васильева — дизайнер одежды с 17-летним стажем, которая шьёт для псковских коллективов и частных клиентов, опираясь не на лекала и эскизы, а на чуткость к человеку. Любовь к шитью и желание одевать людей красиво и со вкусом стали её главным профессиональным ориентиром, а костюмы давно вышли за пределы местных сцен. Это редкий случай, когда один человек — без штатной команды и больших бюджетов — стал настоящим мастером с большой буквы, задающим визуальный образ Пскова в народной культуре и современной моде. «АиФ-Псков» заглянул в её ателье, чтобы узнать, как рождаются такие коллекции.
По маминым стопам
— Марина, как вы пришли в профессию?
— В Россию я приехала из Латвии в 90-е годы. Возможностей оплачивать обучение не было. Спустя время от биржи труда предложили получить образование — выучиться либо на медика, либо на швею. Я выбрала второй вариант. Когда завершила обучение, то, наверное, три года работала в строительстве, потом — в пиццерии.
— Почему сразу в профессию не пришли? Что вас остановило?
— Я пришла в профессию благодаря хореографу ансамбля «Русские узоры» Ирине Казимир. Мне хотелось шить для детей, и свои первые костюмы я создавала именно для них.
— У вас сразу появилось своё ателье или вы сначала на кого-то работали?
— У меня всегда было своё ателье, я никогда ни на кого не работала. Помню, как-то пыталась трудоустроиться на швейную фабрику «Славянка», но меня туда не взяли, потому что не было мест в общежитии, а ездить у меня не было возможности. Считаю, что всё к лучшему.
— Вы сказали, что первые свои костюмы шили для детей. Вы делали это по выкройкам или сами придумывали образы?
— Нет, всё сама. Моя мама и вязала, и шила. Наверное, я пошла по её стопам. Год назад узнала, что моя тётя, которая сейчас живёт в Санкт-Петербурге, тоже этим занималась. Но мне никто из них никогда не помогал.

— Вы шьёте костюмы исключительно в русском стиле?
— Нет. У меня заказывают ещё вечерние платья. В основном обращаются те, кто не может подобрать одежду по фигуре в магазине. В целом хватает разных заказов — и в народном стиле, и современных.
— Есть ли у вас собственные коллекции?
— Да, конечно. Как правило, одна коллекция состоит из 14 костюмов. Шить их очень долго. Сначала нужно понять, как это будет выглядеть, подобрать ткань и отделку. Сейчас я планирую сшить зимнюю коллекцию костюмов, готовлю меха и ткани.
— Из каких тканей преимущественно шьёте?
— Работаю в основном с полиэстером и синтетикой. Их легко достать, но по качеству они разные. Использую турецкий габардин — он хороший: мягкий, не образует катышков и зацепок. В ансамбле «Русские узоры» практически все костюмы сшиты из этого материала. По качеству он намного лучше китайского.
Не работаю с мехами — ни с натуральными, ни с искусственными. Во‑первых, я от них чихаю. Во‑вторых, «рука не лежит». Отделку сделаю, но полностью наряд из меха — нет.
— Наверное, создавать прекрасное сложно, не имея вдохновения. Кто вас вдохновляет из известных личностей?
— Валентин Юдашкин. У меня всегда было желание познакомиться с ним. Я смотрела интервью, где он рассказывал, как пришёл в профессию. Пожалуй, он единственный, кто вдохновляет меня по сей день.
— Вы обшиваете ансамбль «Русские узоры» уже 16 лет. Для каких коллективов ещё шьёте?
— Шью для ансамбля «Сказ» и детского коллектива «Дети будущего». Для последних был сшит костюм «Пёрышки» из фатина, поскольку танец предполагает лёгкость. Когда жюри их оценивало, сказали, что костюм подходит и к танцу, и к песне.
Подчеркнуть индивидуальность
— Ваши клиенты — это в основном женщины?
— Не сказала бы. Мужчин, конечно, меньше, но они тоже есть. К сожалению, многие из них не знают, что можно шить на заказ: купили — и забыли. Те, кто всё-таки заказывает, чаще хотят повседневную одежду — брюки и рубашки. Мои клиенты в основном высокие, полноватые или, наоборот, низкие мужчины. В обычном магазине им сложно что-то подобрать.
Для меня любой заказчик индивидуален, каким бы он ни был. Конечно, каждый хочет выглядеть красиво, поэтому всегда делаем акцент на первую примерку. В одежде должно быть комфортно, поэтому я всегда говорю своим клиентам: «Если что-то не устраивает — говорите».
— Было ли такое, что приходили люди с глянцевым журналом и говорили: «Хочу, как на модели»?
— Был один-единственный случай. Ко мне пришла женщина с журналом «Бурда», показала выкройку. По ней стали отшивать костюм — юбку и жилет. Я, конечно, внесла коррективы, потому что талия в нарядах из «Бурды» часто «гуляет»: выше или ниже нужного уровня.

— Вы говорили, что любите, чтобы каждый клиент выглядел индивидуально. Значит ли это, что вы не любите шить по готовым образцам?
— Бывает, приходят и говорят: «Хочу так». Но иногда человеку это не подойдёт. Конечно, шьёшь, потому что клиент есть клиент, но уже без прежнего энтузиазма. Я всё равно стараюсь советовать что-то другое, что лучше сядет. Одни соглашаются, другие — нет. Женщины в возрасте обычно не слушают советов, а с теми, кто младше 50 лет, чаще удаётся найти общий язык. Я всегда говорю правду — что человеку идёт, а что нет. Я никогда не жила по принципу «лишь бы продать».
Работа в радость
— Удаётся ли найти время, чтобы отдохнуть?
— У меня один выходной в неделю — воскресенье. Знакомые иногда спрашивают: «Марина, не надоело ли тебе?» Но нет. Я с большим удовольствием хожу на работу. Муж однажды говорил о смене деятельности, но я считаю: если нашёл любимое дело — нужно погружаться в него полностью.
— Ваши костюмы в основном арендуют или покупают?
— И то и другое. В аренду чаще берут псковские гиды — для проведения мероприятий.

— Были ли необычные заказы?
— Меня пригласили оформить пекарню в русском народном стиле. Буду делать декор интерьера. Это уже дизайн интерьера, но я хорошо знакома с заказчиком, поэтому согласилась.
— Вы устраиваете модные показы?
— Да, и даже несколько раз выступали в военной части. Нас пригласили, и всем очень понравилось. Недавно снова позвали — показ будет в августе. Но концепцию решили изменить. Были показы и в Доме ремёсел в Пскове. Есть правило: одну и ту же коллекцию повторно не показываем — готовим новую.
— Бывает, что после показа хотят купить костюм?
— Да. Многие работы уехали в Москву и Санкт-Петербург, псковичи покупают реже.
— Что вы учитываете при работе над костюмом?
— Всё индивидуально. Если костюм на продажу, важно, чтобы ткань была комфортной. Многие зациклены на однотонном, но, например, мелкий цветочный рисунок может смотреться выигрышнее. Иногда учитываю цвет глаз. Если это коллекция — подход другой.
— Вы работаете одна?
— Да. Сейчас людей трудно найти — многие не хотят трудиться, если возникают сложности.
— Общаетесь ли с другими дизайнерами?
— Нет. Я сама по себе. Бывает, делишься идеями — и они уходят. Сейчас лучше держать их при себе.
Одежда для всех
— Кажется, что ваши костюмы рассчитаны на худеньких девушек.
— Нет, просто так смотрятся на манекенах. Все костюмы универсальны — до 50-го размера. Я заложила ростовку на 170 сантиметров, потому что модели на показах чаще всего такого роста.

— Сложнее шить на низких или на высоких?
— Сложнее — на очень полных. Скрыть лишний вес можно, но важно учитывать особенности фигуры. Например, вертикальные швы визуально стройнят.
— Сейчас люди чаще выбирают оверсайз?
— Да. Мужчины, с которыми я общаюсь, часто жалуются, что женщины перестали быть женственными — носят широкие брюки и футболки. Это удобно, но многим хочется видеть платья и каблуки.
— Есть ли вещи, которые вы никогда не будете шить?
— Я не шью оверсайз-футболки. Широкие брюки — только для танцев. Для повседневной носки не берусь: мне важно, чтобы результат нравился и мне самой.
— Работаете ли вы с компьютерными программами?
— Пока нет, но хочу начать. А вот искусственный интеллект не люблю: люди приходят с картинками и не понимают, что это нереализуемо. Сейчас стало слишком много ИИ — и люди теряют ощущение естественности.

— Как вы относитесь к высокой моде?
— В 80-е закрепился стандарт 90–60–90, и я считаю его неправильным. На модели всё сидит красиво, но что делать обычному человеку? Показы должны учитывать разные размеры — от 46-го и выше. Часто приходят с фото одежды на модели 40-го размера — и приходится объяснять, что это не сядет так же. Иногда таких клиентов приходится даже отвергать.