aif.ru counter
112

Хранить вечно! Светлана Волкова - о тайнах псковского древлехранилища

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 47. "АиФ - Псков" 23/11/2011

Если же отбросить шутки в сторону, то на самом деле трудно переоценить значение музея в жизни региона. И в его юбилейные дни мы будем говорить о т.н. древлехранилище - отделе рукописных и редких книг и документов, который является одной из жемчужин в «короне» всей музейной России. В этом корреспондента «АиФ-Псков» убедила наша сегодняшняя гостья - Светлана Алексеевна Волкова, его заведующая, которая работает здесь почти четверть века.

Человек-легенда

- Светлана Алексеевна, несколько слов об истории отдела.

- Идея создания древлехранилища принадлежит Леониду Алексеевичу Творогову - человеку по-настоящему легендарному. И не только для нашего города, но и для всей российской филологии. Историк, краевед, палеограф, он был одним из тех, кто посвятил свою жизнь изучению уникального памятника российской словесности - «Слова о полку Игореве». Его научные работы высоко ценил академик Дмитрий Лихачёв. Его судьба была нелёгкой: достаточно сказать, что в 1929 году он был осуждён по т.н. «академическому делу», но, оказавшись на свободе, не изменил ни своим принципам, ни профессии.

- Какова была необходимость в создании древлехранилища?

- При музее всегда была солидная научная библиотека, но именно Леонид Алексеевич в начале 50-х годов начал разбор её материалов по фондам первичного образования. Он буквально вернул к жизни сотни старых библиотек, наглядно раскрыл многовековую преемственность книжной культуры Псковской земли. Наша научная библиотека до войны представляла собой уникальную сокровищницу русской книжности, которая охватывала период не менее пяти столетий. В 1941 году были эвакуированы лишь рукописи, а при отступлении немцы вывезли книжные богатства музея. Начиная с 1945 года, часть материалов была возвращена из Риги, городов Белоруссии, Украины, а также из Германии и Польши. И всё это именно благодаря усилиям, энергии и энтузиазму Леонида Творогова. К сожалению, много ценных книг найти не удалось, но даже то, что вернулось и собрано сейчас, поражает своим богатством.

- Сколько единиц хранения насчитывает ваше собрание?

- Более 180 тысяч. Если эту цифру сопоставлять с общим количеством экспонатов, которые находятся в нашем музее (без археологии - около 500 тысяч), то получается, что это более одной трети от всей коллекции. Цифра даже в масштабах России более чем внушительная.

- Что является наиболее ценным?

- Взять хотя бы «Елиазаровское Евангелие», которое датируется 1532 годом. Не менее уникальным памятником является «Крыпецкое Евангелие», которое относится к пятнадцатому веку. Или «Житие Ваарлама Хутынского» - список второй половины XVII века. К слову, эти книги относятся к так называемым лицевым. Это означает, что они великолепно иллюстрированы, а значит, представляют и художественную ценность.

Не укради…

- Светлана Алексеевна, в наше время, когда книгу заменяет компьютер, стоит ли придавать такое значение самому факту хранения этих раритетов?

- Это ведь не только артефакты как часть материальной культуры, но и документы, которые несут в себе именно духовные ценности! Прошу обратить внимание: мы говорим о Евангелии, а это книга на все времена. Могут устареть новомодные гаджеты, но никогда не потеряет своего значения заповеданное: «не убий», «возлюби ближнего своего, как самое себя», «не укради»…

В последнее время много говорят и спорят о «национальной идее», но, прежде чем говорить о ней, нужно, чтобы мы стали нацией. А нация, лишённая духовной памяти, культурного наследия, рано или поздно превращается в стадо.

- А сколько в вашем отделе хранится рукописей?

- Более трёх тысяч. При этом выполненных в старой традиции - 500, из них 21 относится к «лицевым». Кроме того, у нас есть и совсем древние манускрипты - греческая рукопись (пергамент), датируется IX-X вв. И  несколько сербских рукописей (5 листов), которые относятся к XIV веку.

- Как же они оказались в псковском музее?

- История каждого экспоната уникальна, но, например, греческая рукопись к нам пришла из коллекции, которая в своё время принадлежала Симону Тодорскому, архиепископу Псковскому и Нарвскому - в данном случае речь идёт о первой половине XVIII века.

Избранные

- Каждой профессии присуща некая деформация. Вы не ощущаете в себе какие-то изменения, всё-таки почти четверть века вы работаете с древностями?

- К этому невозможно привыкнуть. Каждый раз, когда та или иная редкость оказывается у меня в руках, трудно превозмочь волнение. Здесь и ответственность, потому что ты держишь в руках по-настоящему раритетную вещь, и чувство сопричастности к тому времени. Но особенно это чувствуется, когда к нам приходят посетители. Мы ведь не какое-то закрытое учреждение, древле­хранилище тоже считается экспозиционной коллекцией. Поэтому, когда ты видишь, как у школьников или студентов по-настоящему загораются глаза, когда даже просто смотрят на эти сокровища, то это невольно передаётся и нам.

- Можно ли тогда вас, работников этого удивительного отдела, считать избранными?

- Ну что вы! Мы просто ПРИ коллекции, но даже быть ПРИ ней - это уже ни с чем не сравнимое чувство.

- И как объяснить парадокс: люди, которые работают в банках и сохраняют материальные ценности, получают значительно больше, чем вы, хранящие ценности духовные?

- Этот парадокс не является какой-то эксклюзивной особенностью России. На Западе наши коллеги, работники музеев, тоже не купаются в золоте. С другой стороны, там есть традиция меценатства, которая всячески поощряется обществом и законом. Например, по части налогообложения…

- Вы хотите сказать, что у нас таких меценатов нет?

- Есть, но мало. Во всяком случае, в Пскове назвать таких персон пока я не могу.

- Почему?

- Скорей всего, время не пришло. Для того чтобы достичь понимания ценности культурного и духовного наследия, должен пройти определённый период. Обратите внимание, люди обычно к концу жизни начинают интересоваться антиквариатом. И это ведь тоже неспроста. Деньги, как утверждают экономисты, являются универсальным товаром, но есть нечто выше их. И тут каждый сам выбирает приоритеты.

- Понятно, что псковские коллекции бесценны, но есть у них какое-то прикладное значение?

- У кого-то может сложиться впечатление, что все эти древности просто так лежат, а мы, как царь Кощей, «над златом чахнем». Нет! Это живые и поистине бесценные с научной точки зрения материалы, которые ещё требуют своих исследователей. Например, сейчас мои коллеги Арсений Постников и Ольга Кудрявцева работают над составлением научных каталогов по рукописным документам и западноевропейской печати, которые хранятся в нашем отделе. Это грантовая работа, которая финансируется Российским гуманитарным научным фондом (Москва), и её значение трудно переоценить. Так что «древлехранилище», выражаясь журналистским языком, «открыло ещё не все свои тайны».

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах