В Псковском городском суде продолжается рассмотрение уголовного дела бывшего ректора Псковского государственного университета Натальи Ильиной. На прошедшей неделе начали слушать показания потерпевших — сотрудников вуза, передававших ей деньги. Почему люди, которые создавали сложнейшие программы, выигрывали многомиллионные гранты и поднимали университет на новый уровень, годами безоговорочно отдавали ей значительную часть собственных премий - в материале «АиФ-Псков».
«Конверты для ректора»: как начались поборы с премий в ПсковГУ
Первые «поборы» в ПсковГУ начались в 2022 году. Одним объясняли, что нужны деньги на представительские расходы, другим — что необходимо задобрить крупное высокопоставленное лицо за полученные университетом субсидии.
Первый проректор ПсковГУ Ольга Серова на суде рассказала, что, когда такая просьба с формулировкой отблагодарить за помощь вузу к ней поступила в первый раз, умом она понимала, что ситуация «за гранью», но отрицательных эмоций не испытала — внутри команды царили доверие и ощущение общей большой цели.
В те годы университетская команда работала практически круглосуточно: сотрудники писали программы, участвовали в реализации грантов, задерживались на работе, выходили по выходным и фактически жили в вузе. За это они получали существенные премии, которые казались логичным и заслуженным результатом сверхусилий. На этом фоне просьбы вернуть часть премий выглядели как элемент общей «игры на повышение» статуса университета.
Директор института права, экономики и управления Виктория Гусарова рассказала в суде, что отдавала деньги с каждой премии, полученной за очередной реализованный грант. Передавая их, она считала, что таким образом компенсирует вклад самого экс-ректора, которая помогла и была вовлечена в процесс, но получить поощрение, как другие участники, в силу занимаемой должности не могла.
«Я не имела ничего против, если другого способа премирования ректора не было», — объяснила она в суде.
Общий финансовый оборот университета в 2023 году достиг почти 2 млрд рублей — такого объёма средств в вузе, по словам главного бухгалтера ПсковГУ Надежды Сиротиной, не привлекали никогда. Реализовывались сразу несколько крупных проектов, отрабатывались научные гранты и многочисленные госзадания, и на фоне этих массивов цифр конверты с наличными воспринимались как нечто само собой разумеющееся.
Та же Надежда Сиротина, услышав от Натальи Ильиной о том, что ей придёт премия и она должна будет вернуть из неё 55 тысяч рублей, подумала о том, что хорошо зарабатывает и отдать такую сумму на благо вуза может себе позволить.
На фоне привлечения в вуз федеральных денег трудно было не заметить, как он менялся и преображался. В суде это отмечали многие.
По словам проректора по молодёжной политике и воспитательной деятельности Светланы Водневой, которая проработала в вузе 25 лет, с приходом Натальи Ильиной университет преобразился. Появился медицинский институт, для него построили новый корпус, капитально отремонтировали общежития с полной заменой мебели, обновили корпуса, которые десятилетиями не видели ремонта.
Финансовый оборот ПсковГУ: как 2 млрд рублей затмили сомнения
Проводимых в вузе мероприятий от года к году тоже становилось всё больше, а их размах — всё шире.
Вопросы, судя из объяснений потерпевших, снимало само наблюдение за этим праздником жизни и достижений: они видели, как принимают гостей, какие подарки дарят, какой уровень стараются показывать. На этом фоне личное неудобство и сомнения словно растворялись в ощущении причастности к большому университетскому успеху.
«В мае 2022 года я стал начальником управления организационной и кадровой работы, и большая часть моей работы была посвящена протокольному обеспечению, — рассказал на суде начальник управления организационной и кадровой работы ПсковГУ Андрей Мокрецов. — Чем больше мы занимались этим, тем более масштабными мероприятия становились по количеству участников и их статусности. Всё это требовало затрат».
Наталья Ильина, по его словам, уже тогда стала упоминать высокопоставленных лиц в Москве, которым необходимо передавать денежные средства. «Говорила о том, что ей приходится взаимодействовать с этими людьми для получения грантов, в том числе и в неформальной обстановке, к примеру в ресторанах. Всё это дорогостоящие мероприятия», — отметил Мокрецов.
Когда единичные случаи передачи денег стали постоянными, сомнения в нормальности происходящего стали нарастать. Ольга Серова на суде рассказала, что первые подозрения у неё возникли в 2023 году, с ними она и отправилась к Наталье Ильиной. В разговоре с ней она привела в пример подобную ситуацию в одном из вузов России. Ещё один разговор состоялся после задержания ещё одного из руководителей университета. Оба раза Наталья Ильина была спокойна и дала понять, что переживать не стоит.
Надежда Сиротина, которой поначалу досталась роль посредника, явно ею тяготилась. С течением времени это чувство только усилилось: ширился круг отдающих деньги, суммы становились больше, по городу ходили слухи, что университет «ведут», потому что сотрудники в короткие сроки массово снимают значительные суммы в банкоматах.
В бюджете вуза, по её словам, не были заложены средства на представительские расходы, которыми экс-ректор объясняла необходимость отдавать часть премий. Дорогие подарки были исключительно личной инициативой экс-руководителя, полагает Надежда Сиротина.
В какой-то момент главбух заявила экс-ректору, что больше не готова ни отдавать деньги, ни выступать посредником. Реакция Ильиной, по её словам, была молчаливой, но сама атмосфера в вузе уже сформировала такое подчинение, при котором не возразить было проще, чем сказать «нет».
Доверие и общая цель: почему сотрудники молчали о незаконных сборах
Самый неудобный вопрос процесса — «почему?» — каждый потерпевший прикрывал собственной логикой, но все говорили о страхе.
Андрей Мокрецов дал суду, пожалуй, самое яркое объяснение природы этого страха.
Наталью Ильину он охарактеризовал как человека «крайне жёсткого и требовательного стиля руководства, даже авторитарного». По его словам, этот стиль приносил успех ей и коллективу, позволял экс-ректору решать крайне сложные задачи.
«Ильина консолидировала коллектив, и авторитет её был непререкаемый и не предполагал возможности отказаться», — сказал Андрей Мокрецов.
Он рассказал, что присутствовал на совещаниях, которые проводила Наталья Ильина с участием федеральных экспертов. И даже в разговоре с ними она жёстко отстаивала свои позиции.
Он и сам однажды получил от ректора более чем неприятный ответ. Решался вопрос о создании новой штатной единицы, в обязанности которой входило бы решение вопросов, связанных с информационно-технологической безопасностью. Ильина отказала. Он повторил: «По моему мнению, всё-таки необходимо». Тогда экс-ректор произнесла фразу, которую он запомнил навсегда: «По моему мнению, вам необходимо заткнуться».
И хотя больше такого не повторялось, он усвоил урок. Поэтому, когда начались требования отдать часть премии, противодействовать уже не рискнул: «Сил возразить я не нашёл».
Феномен Куклёва
Фигура Сергея Куклёва — отдельная линия в деле. По версии следствия, Наталья Ильина в 2020–2021 годах устроила знакомого на должность доцента ПсковГУ. В октябре 2022 года Куклёв выехал в Казахстан на постоянное проживание, но продолжал числиться сотрудником и получать зарплату. За период с октября 2022 по март 2025 года ему было начислено более 6,6 миллиона рублей, из которых свыше 3 миллионов, по данным обвинения, были переданы Ильиной. В феврале 2026 года Псковский городской суд отправил Сергея Куклёва под домашний арест.
Сотрудники вуза, выступавшие на суде, описывают его как ответственного человека, который дистанционно участвовал в проектах, консультировал, помогал в разработке стратегии и подготовке мероприятий вплоть до апреля 2025 года.
Проректор, доценты и руководители подразделений вспоминают, что регулярно взаимодействовали с ним в мессенджерах, отправляли материалы на проверку, обсуждали документы. При этом не все знали, что в какой-то момент работать он стал удалённо, потому что Наталья Ильина часто на рабочих совещаниях просила сотрудников отослать ему что-то или связаться по какому-то вопросу.
А вот студенты сразу прочувствовали отсутствие преподатавателя. О том, что работу с ними он продолжит в дистанционном формате, поначалу не знала даже директор института права, экономики и управления ПсковГУ Виктория Гусарова, у которой он числился доцентом. Свою работу со студентами в таком формате он подтвердил, однако зачёты и в первый год его работы, и в последующий принимала сама Гусарова.
На суде она сказала, что её уверенность в том, что Сергей Куклёв работает «где-то ещё» в рамках проектов университета, не позволяла ей поставить под сомнение сам факт его занятости, поэтому зарплатные табели она на него заполняла. И деньги, пусть и за 0,25 ставки, не работая при этом со студентами, он получал.
Из рассказов потерпевших складывается такая картина: люди следовали за сильным лидером, одновременно доверяя ему, боясь его власти и веря в его «высокие цели». Им казалось, что они участвуют в важном общем деле и большом успехе. Наверное, именно поэтому умнейшие сотрудники, реализовавшие множество проектов и грантов, годами молча и безоговорочно отдавали деньги ректору — до тех пор, пока этот механизм не стал предметом уголовного дела.